01:43 

Гнилоземье: +1

Константина
Утка Апокалипсиса.
Говорят, колдуны с Гнилоземья умеют превращаться в воронов. Обрастают перьями их длинные бледные руки, а узкие лица истончаются, превращаясь в птичьи головы, и только темные старые глаза глядят все так же: безмятежно и страшно.
Говорят, колдуны с Гнилоземья могут увидеть будущее в чаше с дождевой водой и в зловонной утробе выпотрошенного волка; могут прочитать чужую смерть в облаках и рождение героя в затухающем костре; могут изменить твое прошлое на несбывшееся, развязав кровавый узелок над лезвием кинжала; могут повернуть время вспять и заставить часы идти быстрее - стоит только им нашептать в текущую реку злые волшебные слова.
Говорят, колдуны Гнилоземья куют мечи, которыми можно убить морское чудовище, и щиты, что выдержат жар драконьего пламени; умеют сшить платье из железных нитей, такое легкое и невесомое, что ни одна самая взыскательная девица не променяет железо на шелк; ткут из паутины паруса, которым не страшны никакие бури; засевают землю золотоцветом весной и осенью собирают с полей золото, и им платят алчным и отчаявшимся.
Говорят, колдуны с Гнилоземья живы лишь шесть месяцев в году - с конца лета до начала весны, - а все остальное время они спят под землей, или берутся уродливым камнем, которое хранит их черты. Если такой камень разбить, то колдун умрет, и душа его будет бродить, неприкаянная, в поисках своего убийцы, чтобы отомстить.
Говорят, колдуны Гнилоземья могут исполнить любое желание: продать девушке любовное зелье, которое очарует даже принца; соткать крылья из воздушных потоков и звездной пыли для бескрылой королевы; воскресить метрового и проклясть живого так, что он погрузится в вечный сон между жизнью и смертью; околдовать человека, и он забудет себя, отправится на край света за химерами и сгинет навсегда.
Лишь бы плата была достойной.
Еще говорят, что первый Гнилой был обычным человеком, который однажды нарушил запрет и отправился из дома на восток, туда, где темным тревожным морем лежал бесконечный заколдованный лес.
Тогда еще мутный излом Запретной был незыблемой стеной, которая отделяла Чистые Земли от тяжелого смрадного волшебства Черного Леса, но стоило только первому колдуну - тогда еще человеку, - пересечь сумрачные воды Линии на худой лодчонке, как граница между диким волшебством и обыденным, была прорвана. Сначала прореха была почти незаметной, но со временем она ширилась, увеличивалась, как расползается дыра на истлевшей ткани, пока не рухнул рубеж между Чистым и Гнилым.
Многие поколения проклинали потом того смельчака - и глупца, - который рискнул пойти против заповеданного творцами, и отправился искать судьбу на восток. Спрашивали: почему он не сгинул там, в безмолвном лесу, почему его не сожрали чудовища или ведьмы, почему он не погиб от голода и темноты? Почему он обрел могущество - и поделился этим могуществом с другими?
Говорят, что прародитель Гнилых бродил по Лесу семьдесят лет, и что за все это время не постарел, и только волосы его стали белыми, как снег, да кожа потемнела и выцвела; будто на семьдесят первый год своих скитаний, обеспамятевший человек дошел до самого сердца Леса, где увидел черное Мировое Древо, которое вздымалось выше облаков, выше неба, и в кроне его сверкали звезды и мирно спала луна.
У корней Черного Древа человек нашел источник с водой прозрачной и холодной, и отпив из этого источника, он обрел могущество, равного которому не было ни у одного волшебника с Чистых Земель. Так обычный человек овладел дикой и темной силой Гнили.
Первый колдун долго игрался со своим новоприобретенным даром: с его легкой руки в небе появились золотые летуны, а море наполнилось жадными чудовищами; он породил ночных пожирателей, которые приходят в сны и приносят с собой кошмары; по его велению раскололась надвое пустыня Тасар, и из разлома вырвались на свободу огненные духи, тысячелетиями дремавшие у самого сердца мира. Много еще совершил Гнилой, но однажды случилось так, что вернулся он к источнику, заглянул в прозрачную воду и она отразила старика, дряхлого и почти безумного. Понял тогда колдун, что прожил на свете многие тысячи лет, и что скоро за ним придет смерть, и никакое могущество не оградит его от Порога.
Колдун принимал свою участь с легким сердцем - ему уже давно не о чем было сожалеть, и только одна мысль не давала покоя: после его смерти не останется в мире никого, кто нес бы в себе могущество Гнилого Края. Это печалило, потому как дикая магия Гнилоземья была стократ величественнее, нежели ограниченная власть Чистых.
И тогда колдун решил, что перед смертью он одарит достойнейших даром Гнилых.
Сначала все шло не так гладко. Люди, которых он поил водой из источника - иногда насильно - умирали в жуткой агонии, так и не овладев волшебством. Колдун долго не мог понять отчего так, и много лет провел, пытаясь разгадать эту загадку. И только много времени спустя он сумел, наконец, подарить силу другому человеку. Им был маленький мальчик с золотыми волосами и ясным взглядом, дальний потомок первого колдуна.
Мальчика этого Гнилой украл новорожденного из колыбели, и семь дней и ночей читал над ним заклинания, и поил волшебным напитком вместо материнского молока. И через неделю глаза младенца стали черными, как зимнее небо, а внутри зародилось могущество.
Гнилой растил своего преемника, но с каждым годом разочаровывался все больше: мальчишка оказался не так силен, как предок. Виной ли тому была загрязненная вода из источника, или просто людское племя вырождалось - колдун не знал. Знал он только то, что и первый преемник его, и все последующие ученики, не могли, играючи разделить небо и землю, или сотворить новое чудовище, или полностью изменить облик мира - хотя их могущество и было велико, но все же не настолько.
Окончательно Гнилой разочаровался в своем семени, когда обнаружил, что все его потомки, обращенные в колдунов, не могут обойтись без волшебного зелья, которым их вскармливали в младенчестве. Без напитка, сваренного в золотом котле, они теряли силу, и превращались в безвольных кукол, чьи тела медленно сгнивали, никому не нужные. И пить чистую воду из источника они не могли тоже - смерть их настигала мгновенная и неотвратимая.
И жить вдалеке от Гнилоземелья его потомки не умели, и будто привязанные всегда возвращались к подножию Черного Древа, где на каменном алтаре их когда-то обратили в колдунов.
Но все же, умирая, первый Гнилой думал, что долг его выполнен, пусть и не до конца, не так, как хотел: на земле прижилось его семя, которое творило волшебные, безумные вещи, понемногу меняя мир.
... Говорят, колдуны Гнилоземелья похищают новорожденных, и поят их водой, смешанной с прахом их предка; или что младенцев поят их же кровью напополам с волшебной водой, и если ребенок не умрет за семь дней, то родится новый Гнилой.
Будто для богомерзкого зелья колдуны собирают звездную пыль и волос остроцвета, соль с каменных порогов и землю со следов Смерти, лисьи слезы, ночную тьму, сны слепых, воспоминания мертвых... И варят в золотых котлах, на синем дьявольском огне, волшебный напиток, который дарует могущество или гибель.

@темы: K.A., Гнилоземье, Сказочник

URL
   

Коробка из-под обуви

главная